был сияющий свет, нежные золотые звезды и маленький народец, танцующий персиковом саду.
— На небесах есть прекрасный персиковый сад. Его хозяйка — могущественная и удивительно красивая небожительница. Каждый плод персика из этого сада обладает удивительной силой исцеления. Съевший его, никогда больше не заболеет и проживет долгую жизнь. Кх-кх.
— Тогда я стану небожительницей, приду в этот сад и сорву для тебя персик! И мы всегда будем вместе!
— Ох, детка, в наши времена люди не становятся небожителями. Все эти заклинательские школы — сплошной обман.
— А я — стану!
Конечно, к тому времени, когда она в самом деле стала небожительницей, было уже поздно.
— Мама, почему-то здесь нет персикового сада… Где же он?..
Мен А вознеслась в возрасте двадцати трех лет. Она была поистине выдающейся заклинательницей. Но все, чего она на самом деле хотела, так никогда и не сбылось.
Мен А умерла в возрасте двадцати трех лет, сотворив то, что никому не было под силу. Однако ее имя так никогда и не стало известным в мире, который она стремилась спасти.
Впрочем, это было неважно, и она никогда не сожалела об этом.
Граненые розовые шары размером с кулак висели над головой, отражая падающий сбоку свет. Шен бездумно смотрел на них, пока осознание реальности постепенно не возвратилось. Он лежал на широкой кровати, его руки были раскинуты в стороны, а ноги свешивались и касались пола. Было очень тихо, но сквозь тишину пробивался легкий треск фитиля горящей свечи. Розовые шары под потолком были мутными, но все же их отполированные до блеска грани отражали свет.
Шен медленно выпрямился и сел.
«Муан?» — позвал он.
«Шен», — через несколько секунд отозвался тот.
Старейшина пика Черного лотоса вздохнул с облегчением.
«Где ты?»
«Я не знаю. Тут темно».
«Темно? — напрягся Шен. — Хорошо, подожди, я найду тебя».
«Все в порядке», — прозвучало немного странно. Шен отчетливо ощутил, что Муан ему что-то недоговаривает.
Он поднялся с кровати и осмотрелся. Помещение напоминало пещеру, выход был только один. Вдруг он увидел стоящего в проеме спиной к нему человека. Он был одет в сине-черные заклинательские одежды, светлые у воротника и темные у рукавов. Его длинные темные волосы были заплетены в небрежную косу.
Шен моргнул. Человек не исчез. И это было не зеркало, он бы не мог видеть свой затылок, глядя на него вот так. Шен шагнул вперед. Тот впереди не сдвинулся с места. Шен сделал еще пару шагов. Потрескивание, которое он принял за звук горящего фитиля, стало сильнее.
Почему-то подумалось, что этот впереди не должен оборачиваться. Если он увидит его лицо — все пропало. Шен отогнал от себя пугающую мысль и продолжил путь.
Когда до того оставалось несколько шагов, тот двинулся и медленно, словно кукла с заржавевшим механизмом, развернулся. Шен уставился на лицо, которое должно было выглядеть, как его. Однако на его лице никогда не было этой жуткой неестественной улыбки, и стучащие мелко зубы никогда не издавали этот странный трескающий звук.
Несколько мгновений они с существом смотрели друг на друга, а затем улыбка исчезла с лица того, а в глазах зажглись огоньки, словно отсветы пламени свечей за спиной Шена стали ближе. А затем существо произнесло:
— Я люблю тебя.
Ал находился в полумраке. Свет падал через небольшую дыру под потолком, разбивался на части корнями деревьев, оплетшими грот. В нескольких шагах от него стоял Шен. Его рот открылся, и он произнес:
— Самый худших из всех. Ученик, принесший мне столько боли.
Ал вздрогнул. Шен же продолжал:
— Я думал, что избавлюсь от тебя, изгнав из учеников, но ты все равно нашел способ крутиться рядом. Мне нужно умереть, чтобы ты отстал от меня? Или тебе?
Сердце, бешено заколотившееся в Аловой груди в момент первых услышанных слов, постепенно успокаивалось. Тихо фыркнув, он пробормотал себе под нос:
— Не думал, что это все еще меня волнует.
Он сокрушенно покачал головой.
«Шен» перед ним не затыкался:
— Помнишь, как ты ударил меня и улетел с Админом? Я чуть не умер. У меня до сих пор остались шрамы. Все, что ты делаешь, оставляет на мне шрамы. Если так выражается твоя любовь, то лучше бы ты меня ненавидел.
Ал с такой силой сжал зубы, что на скулах заходили желваки. Пальцы его правой руки попытались сомкнуться на рукояти меча, но того не было. Тогда Ал опустил руку и медленно, плавно приблизился. «Шен» между тем продолжал:
— Думаешь, я буду так же грустить, если ты умрешь? Так же, как убивался из-за Муана?
— Надеюсь, что нет, — произнес Ал и, в мгновение преодолев оставшиеся несколько шагов, ударил доппельгангера прямо в лицо.
Что-то в нем хрустнуло, он отлетел в сторону и исчез прямо в воздухе.
Мир перед глазами помутился, а затем Ал осознал, что вернулся в реальность. Его упирающиеся в землю руки утопали в густой розовой пыли. Он сел и осмотрелся. Он находился в пещере, а рядом лежали Шен, Муан и командующий Ю. Ал потянулся и легонько потряс Шена за плечо.
— Шен?
Тот не отреагировал, и Ал стал ждать, когда остальные выберутся из Пади Саллан.
Муан открыл глаза в полной темноте. Он не помнил, когда закрыл их, но когда открыл — вокруг была тьма. В нескольких шагах от него замерцал свечной огонек. Он быстро приблизился, и вскоре Муан увидел, что его держит Шен. Точнее, существо, как две капли воды похожее на Шена, ведь он не ощущался, как Шен, и к нему не вела серебряная нить, как должна была к настоящему Шену. Муан просто смотрел на него в ожидании, силясь понять, куда делся его меч. Впрочем, чтобы разобраться с этим существом, меч ему был не нужен. Он и голыми руками сотрет того, кто посмел надеть личину Шену.
«Муан?» — услышал он голос настоящего.
Облегчение, которое он почувствовал, чуть не лишило его твердой опоры под ногами.
«Шен».
«Где ты?»
«Я не знаю. Тут темно».
«Темно? Хорошо, подожди, я найду тебя».
«Все в порядке». — Муан все еще смотрел на лицо двойника перед собой. Все в порядке. Ему явно есть, чем заняться.
— Почему ты так смотришь? — спросил двойник. — Не уверен в себе?
— Что? — удивленно переспросил Муан.
— Думал, я брошу тебя и отправлюсь на поиски Ю Си? У меня была такая мысль. Но, поступи я так, ты точно не расплакался бы?
Губы Муана скривились в полной отвращения улыбочке. Он понял, кто стоит перед ним.
— Что? Так это мои потаенные страхи? — усмехнулся он. — Не смог найти нечто существенное и ухватился хотя бы за это?
— У Ю Си есть власть и сила, у тебя же — ничего, кроме твоей смазливой внешности.
Улыбка Муана стала шире. А затем он врезал кулаком ровно в центр груди двойника. Тот оторвался от земли и пролетел несколько метров, а затем истаял с жутким писком. Единственный источник света потух.
— Маленький ублюдок, почему ты так быстро умер⁈ — пылая от негодования, воскликнул прославленный мечник. — У меня ведь нету ничего, кроме внешности! Это она тебя сразила⁈
Пылая от гнева, он продолжал стоять в полной темноте. Казалось, еще чуть-чуть — и он сам станет источать свет. Затем мир перед глазами на миг помутился, и Муан осознал себя лежащем на земле. Он открыл глаза, сел и осмотрелся. Шен лежал неподалеку
